Андраник Берберян: Нам удалось направить в общество особый месседж

728

Талантливый украинский продюсер, режиссёр и музыкант Андраник Берберян олицетворяет собой образ современного интеллектуала – с массой талантов, обширной базой знаний и интересов, стремлением к самоидентификации в реалиях сегодняшней жизни. О новом армяно-украинском музыкальном проекте, участии в программе Каннского кинофестиваля и опыте сотрудничества с Союзом армян Украины, Андраник Берберян рассказывает  в эксклюзивном интервью для нашего сайта.

– Андраник, человек многих талантов, это о Вас. Как вы себя позиционируете, как креативный продюсер, режиссер или музыкант?

– На данном этапе я бы хотел, чтобы меня больше воспринимали как музыканта. А вообще, у меня два вида деятельности – музыкальная студия и креативное агентство, которое занимается продвижением брендов.

– Расскажите немного о себе.

– С детства моя жизнь была связана с музыкой. Отец – Аветис Берберян, живший тогда в Армении, был классическим композитором; мать, сама не будучи музыкантом, очень способствовала моему музыкальному образованию. Сумма этих факторов, умноженная на личный интерес к музыке, дала толчок к серьезным занятиям гитарой и мыслям об исполнительской карьере.

– Но классическим музыкантом вы не стали …

– Лет в 15 я просто передумал идти в музучилище и подался в журналистику. Так попал на телевидение, а затем – в режиссерскую мастерскую Романа Ширмана – известного документалиста, номинировавшегося на «Нику» за ленту «Опасно-свободный человек» о Сергее Параджанове. Свои первые фильмы, в том числе те, что имеют сейчас успех на фестивалях, я сделал именно в период обучения в мастерской.

С третьего курса начал снимать телевизионные рекламные ролики, которые привлекли внимание больших брендов. Так появилось наше креативное агентство Door To Door Creative

– Какие области ответственности подразумевает Ваша должность креативного продюсера?

– В креативное агентство приходят, как правило, с одним желанием – дистанцироваться от конкурентов и начать продавать больше. Моя задача – придумать ключ, который такой вопрос решит.

Надо сказать, это очень нескучный бизнес – сегодня мы можем продвигать крупный бренд минеральной воды с помощью маленького совенка, завтра – убеждать клиента, что его сидру не хватает коня в пальто в качестве логотипа. Такая теперь реклама – сплошной панк. Решения, которые вчера казались дикими, сегодня лучше всего продают.  А поскольку наша задача – продать, то вот и развлекаемся.

– В этом году вы побывали на Каннском фестивале в качестве участника. Поделитесь впечатлениями от самого известного кинофестиваля.

– Канны – это, в первую очередь, площадка для делового общения в кино среде.  Я, например, за время фестиваля успел посмотреть всего один фильм, остальное же время провел в павильонах кинорынка, продвигая собственные работы. Вообще считаю, что при наличии амбиций, в сфере кино, в Канны нужно ездить постоянно – как на работу.

– Как Ваши ленты восприняла фестивальная публика?

– Две моих работы – документальная «Последнее лето» и игровая «Тень», созданные в соавторстве с сирийским режиссером Али Хмайдушем, были представлены в рамках фестиваля. «Тень» восприняли радушнее, он ближе европейскому зрителю по подаче. Фильм о том, что искренние чувства человека всегда сильнее любых религиозных или политических предубеждений.
Работа  «Последнее лето» – совершенно другая. Она о личной истории человека, оторванного от родины войной в Сирии. В Каннах к фильму отнеслись сдержанно, скорее всего из-за политического контекста. Тем не менее, уверен, что фестивальная история этой документалки только начинается – в ноябре, например, представляем ее в Германии на кинофестивале dokumentART в городе Нойбранденбург.

– Что Вас мотивирует в вашем творчестве?

– Концентрация. Я сейчас активно этому учусь. Раньше хотелось объять необъятное, все успеть. Думаю, в своем роде это присуще многим армянам, некое распыление – они талантливы в разных областях и поэтому иногда не сразу находят «свое». Услышать же себя возможно, сконцентрировавшись. После этого начинаешь направлять энергию, не размениваясь по мелочам.

– Поделитесь новостями из Вашей музыкальной деятельности.

– Вот уже девять месяцев мы с участницей ТВ-шоу«Голос Армении» Лусине Кочарян готовим новый, ни на что не похожий музыкальный проект. По стилю это похоже на смесь репа и рейва 90-х. Петь будем на армянском. Интересно, что как только мы приняли это решение, нами моментально был найден оригинальный звук. Когда это произошло, я еще раз убедился, что язык – один из краеугольных камней идентичности, на которые нужно опираться. И чем сильнее мы это делаем, тем больше нового и неожиданного можем рассказать окружающим.

– Как позиционируется этот проект?

– Как армяно-украинский. Первые несколько месяцев будем работать в Украине. Дальше планируем активно гастролировать. Наша задача –  показать, что армянский – это универсальный, ритмичный язык, который легко ложится в форму современной танцевальной музыки. Так что, от масштабов привлеченной аудитории зависит оценка нашей продуктивности по этому вопросу.

– Как участник гражданской платформы «Армяне Украины», вы одним из первых реализовали проект совместно с Союзом армян Украины. Оцените опыт сотрудничества с САУ в создании социального ролика «24 часа жизни», посвященного Геноциду армян.

– Опыт был очень интересным. Мне кажется, что с помощью ролика удалось направить в общество особый месседж. Мы  своей акцией 24 Hours of Life дали новое толкование дате 24-го апреля, превращая ее в день качественно нового отношения к жизни.

На мой взгляд, Армении сейчас как никогда важно становиться брендом. А творческое переосмысление своей истории –  уверенный шаг на пути к этой цели. Я благодарен Союзу армян Украины за содействие в реализации наших гражданских инициатив и надеюсь, что в будущем мы сможем больше.